Tag Archives: Trans-Dniester

Глобальная трансформация макрорегиона

Romanian-flag

Интервью секретаря-координатора Кавказского геополитического клуба Яны Амелиной (на фото на главной страница сайта) румынскому аналитическому изданию Power&Politics World

– Как было воспринято в кругах исламского сообщества в России решение Кремля вывести основные авиационные силы из Сирии?

– Спокойно и с пониманием. Напомню, что перед началом операции российских Военно-космических сил в Сирии многие известные деятели российского мусульманского сообщества, наконец, выпустили фетвы (богословские заключения), запрещающие единоверцам участие в сирийских событиях на стороне запрещенной в РФ террористической группировки, именующей себя «Исламское государство». «Наконец» – потому что религиозные деятели, в реальности, а не для «пиара» озабоченные борьбой с распространением радикального исламизма, сделали это значительно раньше и без указаний со стороны.

Yana AmelinaОтмечу, что первая в России фетва такого рода была выпущена еще в мае 2013 г. (то есть за год до провозглашения «ИГ» т.н. «халифата») религиозным советом Духовного управления мусульман Республики Северная Осетия-Алания, председатель которого, муфтий Хаджимурат Гацалов, в свое время также давал интервью вашему уважаемому изданию (оно, кстати, вошло в его книгу «Россия и ислам: на острие атаки», вышедшую в марте 2016 г.). В августе 2015 г. ДУМ РСО-А выпустило еще одну фетву, уже непосредственно применительно к «ИГ». Укажем также, что Духовные управления мусульман нескольких республик, для которого проблема отъезда боевиков на Ближний Восток стоит принципиально острее, чем для Северной Осетии (в частности,  Дагестана и Татарстана), как говорится, до последнего тянули с вынесением богословского заключения, а в Казани так до сих пор этого не сделали.

Более-менее реальную картину отношения российского исламского сообщества к ситуации вокруг Сирии дают результаты социологического исследования, проведенного в ноябре 2015 г. BAIKAL Communications Group при участии Кавказского геополитического клуба по заказу министерства печати  и информации Республики Дагестан (оно до сих пор остается единственным опросом такого рода, материалы которого находятся в открытом доступе). Несмотря на то, что исследование проводилось только в Дагестане (республику можно смело назвать моноконфессиональной – мусульманской), оно выявило ряд тенденций, характерных не только для РД.

Так, оказалось, что  оппозиционность дагестанского исламского сообщества российскому государству значительно преувеличена, как и роль материального фактора в формировании привлекательности радикально-исламистских группировок. Большинство мусульман (52%), вопреки голословным заявлениям представителей федерального исламистского лобби об едва ли не единодушном неприятии ее мусульманами, поддерживает российскую операцию в Сирии и, более того, считает, что она улучшит отношение исламского сообщества к государственной власти. По 14% опрошенных не поддерживают политику РФ или безразличны к этой проблематике, 21% затруднился с ответом на этот вопрос. Скорее всего, реальных сложностей он не вызвал – просто не было желания декларировать, хоть и анонимно, свою позицию. Среди молодежи цифра поддержки ниже – 46%, тогда как не поддерживают или безразличны – по 17%. Зато в возрастной группе 45-59 лет поддержка вырастает до 59%, а в группе старше 60 лет – до 64%. 46% всех опрошенных убеждены, что российская операция в Сирии улучшит отношение российских мусульман к государственной власти (11% полагают, что ухудшит, а 18% – не окажет никакого влияния). В молодежной возрастной группе таковых 52%.

При этом 42% опрошенных полагают, что главная причина привлекательности «ИГ» связана с отсутствием возможности проявить себя, заработать, улучшить жизнь. 32% говорят о низкой религиозной грамотности исламской молодежи, 21% – о возможности заработать путем участия в незаконных вооруженных формированиях, 16% – о недостаточной работе с молодежью лидеров традиционного ислама, 10% – об убедительности радикальных пропагандистов, 8% – об идее халифата как государства абсолютной справедливости (среди молодежи таковых 14%). И только 6% связывают влечение к радикализму с нарушением прав мусульман в РФ.

Что касается последнего, то 57% дагестанцев (включая как молодежь, так и старшую группу) убеждено, что исламское сообщество в республике и стране свободно развивается в рамках действующего законодательства. Однако о том, что мусульмане испытывают проблемы и сложности, заявило 22% и почти столько же затруднились с ответом. Те, кто говорит о трудностях, обосновывают свою позицию ограничениями мусульман в отношении ношения хиджаба и т.д.

Опрос свидетельствует, что мусульманское сообщество Дагестана руководствуется в первую очередь нормами и требованиями традиционного ислама (34%). Почти четверть жителей республики считает, что определяющими являются общероссийские требования и нормы, предъявляемые к религиозным структурам, и лишь 13% убеждены, что местные мусульмане ориентируются на ситуацию, складывающуюся в мировом исламском сообществе (впрочем, среди молодежи таких практически половина). Все это выбивает почву из-под пропагандистских спекуляций на подобные темы, намечая четкие направления первоочередного приложения усилий для правоохранительных органов, общественных организаций и религиозных структур, призванных заниматься профилактикой экстремистских проявлений.

Distribution_of_ethnic_groups_in_Crimea_2001Учитывая, что представители силовых органов уже второй год говорят примерно о 2000 выходцев из России, присоединившихся к «ИГ» (эта цифра не растет), можно уверенно констатировать, что популярность радикально-исламистских идей в среде российских мусульман далеко не столь велика, как хотелось бы раздувающим «мировой исламистский пожар». Об этом же свидетельствует фактическая смерть запрещенной в РФ террористической организации «Имарат Кавказ», активно действовавшей в двухтысячных годах на Северном Кавказе. Правоохранители четко работают по «возвращенцам» с Ближнего Востока, арестовывая их прямо при пересечении российской государственной границы. Боевикам и пособникам «ИГ» грозят большие сроки, и суды на них не скупятся.

Попытки переноса ближневосточной нестабильности на российскую территорию в целом не удались, хотя, к сожалению, отдельные инциденты все еще происходят и, вероятно, будут происходить и впредь: полностью ликвидировать террористическую угрозу не удалось ни одному государству мира. Максимальная зачистка «исламского поля» от распространителей экстремистских идей – в интересах не только российского государства, но и, в первую очередь, самого мусульманского сообщества, что оно прекрасно понимает.

Операция российских ВСК в Сирии, между тем, продолжается – хотя и в меньших военных масштабах, но с выходом на иные смысловые уровни. Прекрасным примером этому стал концерт оркестра Мариинского театра под управлением маэстро Валерия Гергиева 5 мая в освобожденной Пальмире. В отличие от некрофилов из «ИГ» и их кукловодов с Запада Россия несет на Ближний Восток великую культуру, мир, самую жизнь – так надо понимать этот простой посыл.

– Недавние крупные теракты в Анкаре произошли как раз тогда, когда в повестке президента Турции Эрдогана были переговоры по реализации трансазиатского трубопровода. Можно ли это считать простым совпадением?

– Полагаю, что да. Суть происходящего принципиально шире, чем какие-то там трубопроводы, которые еще нужно построить, наполнить и заставить функционировать. Весь макрорегион Ближнего Востока – Большого Кавказа переживает глобальную трансформацию, сопровождаемую сотнями тысяч человеческих жертв, и эти процессы еще далеко не закончены. Трубопроводы на этом фоне – мелочь, о которой вообще не стоит говорить.

– Сказывается ли ухудшение взаимоотношений РФ и Турции не только на экономическом взаимообмене, но и на настроениях этнических общин тюркского происхождения в России?

– Скорее, этот фактор пытаются использовать для того, чтобы оказать определенное давление на российское руководство. Именно так следует расценивать ряд заявлений об обеспокоенности в связи со сложившейся ситуацией, прозвучавших из казанского Кремля. Однако попытки спекулировать на некоем «тюркском братстве», которого в реальности не существует, в нынешних обстоятельствах очевидно неуместны. Не случайно мы больше не слышим подобных эскапад в публичном пространстве. Местечковые экономические и иные интересы, разумеется, не могут служить аргументом в ситуации, когда на другой чаше весов лежит гибель русских военнослужащих и честь нашей державы. Нынешнее состояние российско-турецких отношений крайне прискорбно, однако решение проблемы – в руках турецкой стороны, которой следует начать с публичных извинений и компенсаций семьям погибших бойцов. Пока этого не произойдет, рассуждать о каком-то «братстве», «узах» и прочем и непродуктивно, и просто безнравственно.

– Влияет ли на настроения тюркского населения в России «размораживание» армяно-азербайджанского конфликта?

– Если и влияет, то весьма ограничено. Россияне тюркского происхождения живут, скорее, внутренней повесткой дня. Историко-культурная общность различных тюрских народов – больше пропагандистское преувеличение, чем реальность общественно-политических процессов. Азербайджан ни в коей мере не является образцом для подражания российских тюрок, а некоторые из этих народов, в частности, татары, относятся к этому примеру постсоветского государственного строительства даже с некоторой долей пренебрежения. Попытка возобновления силовой стадии карабахского конфликта не вызвала потока добровольцев, намеренных воевать на азербайджанской стороне, из числа российских тюрок. Это вряд ли произойдет, даже если в Карабахе (упаси Господи) начнется полномасштабная война. Вообще, армяно-азербайджанское противостояние слишком незначительно по масштабам для большинства россиян, привыкших мыслить иными категориями, вне зависимости от этнического происхождения. (…)

Интервью подготовила Габриэла Ионице

Full version – Russian Language on Кавказский геополитический клуб

Munich Conference on Security Policy – Moscow October 2010

The Munich Security Conference will gather for a session in Moscow on October 19-20, Foreign Ministry said Foreign Minister spokesman Andrei Nesterenko,  quoted  by Itar Tass. Nesterenko also pointed to the fact that the session comes ahead of an OSCE summit in Astana and a NATO summit in Lisbon, where the alliance’s new strategy is expected to be adopted.
“The forum is expected to focus on Russian President Dmitry Medvedev’s initiative on a new European security treaty. The participants in the conference will determine the principles on the indivisibility of security” the official said.

UPDATE/October 20: Among the foreign representatives of the conference’s visiting session were its chairman, Wolfgang Ischinger, counsellor at the Centre for Strategic and International Studies and well-known political scientist Zbigniew Brzezinski, German ambassador to Russia Ulrich Brandenburg, chairman of the economic council of the CDU Kurt Lauk, and Special Assistant to the President of the United States and Senior Director for Russia and Eurasian Affairs at the United States National Security Council Michael McFaul. Other participants in the meeting included former foreign minister of Poland and current expert at the Stockholm International Peace Research Institute Adam Rotfeld, ROSNO insurance company CEO Hannes Chopra, and Parliamentary Secretary to the Federal Ministry of Defence of Germany Christian Schmidt. Participants on the Russian side included Foreign Minister Sergei Lavrov, Presidential Aide Sergei Prikhodko, Chairman of the State Duma International Affairs Committee Konstantin Kosachev, Russia’s Permanent Envoy to NATO Dmitry Rogozin, Deputy Foreign Minister Alexander Grushko, and Institute of Contemporary Development Chairman Igor Yurgens, notice presidential site kremlin.ru
Particular attention was given to the President of Russia’s initiative to sign a new European Security Treaty that would enshrine the principle of the indivisibility of security in the Euro-Atlantic area. In his speech, Dmitry Medvedev stated that relations with Europe are one of the most important vectors in Russia’s foreign policy and emphasised that today, Europe needs to follow a unified European agenda.
Also, discussions haven’t bypassed a topic that is currently in the press lately in Europe: Trans-Dniester.
“We are working actively on regional issues now. You mentioned Trans-Dniester. I discussed this issue yesterday (Deauville meeting, France) with my colleagues, the French President and German Chancellor. I think that this issue can be resolved for sure. Achieving this requires all of the parties to take an open position. Chisinau and Tiraspol were ready to work out an agreement. This is possible because I got the former Moldovan president and Trans-Dniester’s leader together. They can sit down at the same table and talk to each other, through gritted teeth at times, perhaps, but they can talk. They can draw up joint decisions, and sign them too”. the parliamentary and presidential crisis in Moldova has left the country without an effective government for now, but as soon as one is formed we will be fully ready to continue these efforts. We are ready to work with the European Union and our partners in Europe on this. The main thing is for the countries sponsoring this process to take an unbiased position”.
If after the meeting in Bucharest Chancellor Angela Merkel and President Traian Basescu has avoided making statements on resolving the frozen conflict in Trans-Dniester, in turn now we know how to see things from the perspective of the Kremlin. “It is important at the same time for European countries not to try use the Trans-Dniester settlement process to resolve their own domestic political problems. I have already said that I think, for example, that Romania should take a much more balanced and calmer position on this matter. If we continue to hear from them such words as we hear today, the leadership and ordinary people in Trans-Dniester will never agree to unification. This is just one example, but it shows that solutions can be found to the frozen conflicts” said president Medvedev. According to analyst Vladimir Socor, quoted by RFE / RL, referring to Romania was a pure diversion by the Kremlin is trying to obtain greater influence in EU decisions. I would rather integrate this reference to a message in the context of the forthcoming elections in Moldova.
And if Russian President Dmitry Medvedev said he would attend the NATO summit in Lisbon on November 20, in change he has turned down an invitation to go to next year’s Munich Security Conference (MSC) due to full agenda. But  Kommersant daily cited analysts as saying the real explanation is that Georgian President Mikhail Saakashvili has also made the guest list.