Tag Archives: East Europe

Mikhail Chernov, vice-director of Center of Strategic Conjuncture: ”Romania isn’t and will not be an enemy of Russia”

Москва - Михаил Чернов, заместитель директора Центра стратегической конъюнктуры: ”Румыния не является врагом России, и не будет таковым”

Romanian-flag

- Уважаемый Михаил Чернов, возникает ощущение, что события в Украине возродили в умах старую идею о том, что Россия осталась тием же самым монстром, которого каждый должен опасаться… насколько, по-Вашему, Россия представляет собой реальную угрозу и насколько это мнение основано на пропаганде русофобов?

Mikhail Chernov

Mikhail Chernov

М.Ч.: – Россия не представляет и не может представлять угрозу для государств ближнего и дальнего зарубежья. Мы не несем войну, не уничтожаем экономики стран, которые входят в Евразийский экономический союз (ЕАЭС). Наоборот – посмотрите на Белоруссию и Казахстан. Создаются новые отрасли высокотехнологичной промышленности (новый кластер ВПК в Белоруси, белорусско-китайский технопарк и т.д.). Москва проводит миролюбивую политику, иногда в ущерб собственным интересам. Возьмем для примера чудовищную ситуацию с гражданской войной на Украине. Москва делает все для прекращения войны, причем в ущерб интересам и безопасности жизни и здоровья местного населения. Это объективная реальность. Что касается государств Восточной и Западной Европы, то мы зачастую являемся свидетелями агрессивных заявлений в наш адрес. РФ не заинтересована в эскалации напряженности, и делает все возможное для ее предотвращения.

В то же время, Москва уже не может больше мириться с угрозами собственной военной и экономической безопасности. Да, государства бывшего СССР – зона наших интересов. «Русофобская пропаганда» вызвана политическими причинами и очень опасна. Ее опасность состоит в том, что она мешает отдельным людям, а иногда и целым народам думать и адекватно оценивать разворачивающиеся события и текущую международную обстановку.

- Как воспринимать в этом тревожном контексте вхождение Армении в Евразийский союз? Что лежало в его основе: страх или умный компромисс? Изменит ли это отношение России к Азербайджану?

- Вхождения Республики Армения (РА) в ЕАЭС – естественное и ожидаемое событие. Армения веками связана с Россией. РФ – гарант безопасности Армении. С точки зрения инфраструктуры экономика РФ связана с Россией. Учитывая фактическую блокаду РА со стороны Турции, Азербайджана и Грузии, наличие в России большой армянской диаспоры, союз с Россией объективно выгоден Еревану. В результате возрастет значение армянской транспортной инфраструктуры для евразийских стран, Армения важное звено и часть будущего основного транскавказского транспортного коридора, который свяжет Россию Иран. Уже в ближайшие годы будет восстанавливаться и развиваться производство, связанное с ВПК и ориентированное на российскую оборонку, горнодобывающая промышленность, энергетика.

Армения – основной военный союзник РФ в Закавказье. Армения – проекция России и выход России на Ближний Восток. Особенно это важно с учетом событий в Сирии и Ираке, грядущим переделом границ, полномасштабным включением курдов, шиитов и суннитов в войну на Ближнем Востоке. Армения – проекция и ворота России на Ближний Восток.

Вхождение Армении в ЕАЭС никак не отразится на отношениях России и Республики Азербайджан. В Москве и в Баку сделали ставку на развитие больших совместных экономических проектов, в том числе в области нефтедобычи. РФ в последние несколько лет поставляет в Азербайджан всю необходимую Азербайджану номенклатуру современной военной техники. Делается это в рамках политики Москвы по сохранению и усилению действующих, стабильных и ответственных режимов на постсоветском пространстве вне зависимости от наличия тех или иных, пусть даже серьезных, разногласий по отдельным вопросам. И эта российская линия будет продолжена.

- Политологи на Западе, обсуждая Еворазийский союз, много говорят о том, что у России есть намерение возроодить Советский Союз. Действительно ли это миф? К чему стремится Россия на самом деле?

- У России нет и не может быть намерений восстановить Советский Союз в какой бы то ни было форме. СССР – это прошлое, в невозможно вернуться. Было бы глупо и бесперспективно к нему возвращаться. Поэтому это, конечно, миф.

Вместе с тем, для выживания страны стала очевидной необходимость создания нового общего государства, в котором могли бы объединиться евразийские государства. Те государства, которые захотят войти в такой новый союз. Особо подчеркну, что речь не идет о ЕАЭС – это читсо экономическое объединение, которое таковым и останется. Евразийский Союз Народов (назовем его так) необходим для выживания России и союзных ей независимых государств в глобальном мире, развития инфраструктур и промышленности. Это будет новое государство, имеющее мало общего с СССР, каким мы его помним.

 – Вхождение Армении в ЕАЭС снова привело к дискуссии в прессе относительно конфликта в Нагорном Карабахе. Участие Армении в Евразийском союзе может как-то повлиять на усилия России в урегулировании и поиске окончательного решения этого замороженного конфликта?

- Между вступлением Армении в ЕАЭС и урегулированием Нагорно-Карабахского конфликта нет совершенно никакой связи. Армения – единственный военный союзник РФ в Закавказье, в республике, в Гюмри, размещена российская военная база. Ереван был таковым и до заключения договора о Евразийском экономическом союзе и в случае вовлечения Армении в любую войну, РФ пришлось бы помогать РА.

Вместе с тем Азербайджан является крайне важным партнером России в Закавказье, более того, Москва Баку доверяет. В частности, это выражается в поставках современных вооружений, о чем говорилось выше. Поэтому РФ не будет сейчас трогать пока неразрешимую карабахскую проблему. Позиция Москвы такова – Россия не заинтересована в региональной войне, поэтому никакой войны в Нагорном-Карабахе быть не должно. Летнее противостояние вокруг Карабаха не переросло в войну благодаря последовательной позиции России, которая нашла аргументы и для Баку и для Еревана, чтобы убедить их остановить эскалацию напряженности.

- Давайте поговорим об отношениях Россия-НАТО. ДжордRusia_NATO Фридман из Stratfor в одном из недавних интервью в румынских СМИ заявил, что Румыния, наряду с Турцией, является ключевым элементом стратегии США в Черном море, поскольку обе страны имеют выход на побережье. Насколько известно, Конвеция Монтрё запрещает прохождение и стационирование неограниченных морских сил в Черное море через Босфорский пролив, контролируемый Турцией, за исключением причерноморских стран. Что Вы думаете об этой стратегии?

- Стратегия Соединенных Штатов в Европе несет прямую угрозу безопасности всего региона и Румынии в частности. Задача Вашингтона – резкое и необратимое ухудшения отношений между Россией и основными государствами Евросоюза, прежде всего Германией и Францией. Эскалацию конфликта на Украине и возможную эскалацию ситуации в Молдавии и Приднестровье следует рассматривать именно в этом ключе. Конфликт на Украине решает несколько задач. Во-первых, ставит под угрозу поставки энергоносителей в государства Евросоюза. Во-вторых, является поводом для давления на ЕС и общественное мнение в странах ЕС. Цель разрушение широкого спектра экономических связей и взаимного доверия между Россией и государствами Европы.

В этой связи особая роль возложена США на государства Восточной Европы (тот же г-н Фридман об этом недвусмысленно говорил в своих текстах, о том, что стратегия США в ходе Первой Мировой войны, Второй Мировой войны и в настоящее время в отношении Европы и России преемственна). Именно здесь будет концентрироваться военно-политическая активность блока НАТО через политическое давление, наращивание вооружений. Та же конвенция Монтрё уже напрямую нарушалась США в 2008 году во время войны в Южной Осетии (тоннаж судна, по некоторым сообщениям, превышал предельно допустимый) и в феврале 2014 года (фрегатом ВМС США нарушены сроки предельно допустимого пребывания в акватории Черного моря). Если «можно» нарушать конвенцию напрямую, то почему бы не пойти более «красивым» путем через накачивание румынских ВМС.

- Усиление Военно-морского флота Румынии (с помощью союзников по НАТО, конечно) может быть своего рода «ответом» на стратегию России по наращиванию присутствия на Черном море. Как Вы оцениваете такой подход?

Усиление румынского флота в Черном море укладывается в рамки стратегии США по активизации всех локальных конфликтов и противоречий по периметру границ России и Евросоюза. То есть НАТО хочет за счет интересов и безопасности Румынии «ответить» на возвращение Крыма в состав России и усиление черноморской группировки. Идет подталкивание Бухареста к «неадекватным» шагам в отношении Молдавии, и одновременная попытка при помощи Кишинева (и Бухареста) а также киевских властей развернуть войну в Приднестровье. Это несет угрозу развязывания войны на Днестре, угрозу независимости Молдавии, территориям Украины (Одесская области и Черновцы), а значит и интересам России. В случае атаки или деструктивных действий со стороны Румынии по отношению к вышеназванным территориям, ответ может затронуть военные объекты республики. На мой взгляд возможное столкновение с Россией или ее союзниками за чужие интересы не могут принести Бухаресту ничего хорошего.

- Сделает ли это Румынию врагом России? Как Вы оцениваете недавние действия, предпринятые политическими лидерами в Бухаресте по отношению к Москве?

- Румыния не является врагом России, и не будет таковым. В ходе Второй мировой войны до 1944 года Румыния воевала c CCCР на стороне фашисткой Германии на территории СССР. После войны государство сохранило территориальную целостность, в том числе, и районы, на которые могли претендовать другие европейские державы, например, Венгрия. Так с врагом не поступают. Румыния не воспринимается в качестве такового, и не будет являться таковым и в будущем. Я уверен в этом. Высказывания румынских политиков вызывают озабоченность. Мы не хотим втягивания Бухареста в противостояние в Восточной Европе. Пока политики ограничиваются высказываниями, за которыми не идут конкретные действия, Москва будет относиться к происходящему спокойно.

- Наконец, последний вопрос… Вопреки заверениям главы Роснефти Игоря Сечина, на прошлой неделе цена барреля нефти снизилась ниже 90%. Многие аналитики считают, что низкие цены будут сохраняться определенное время. Что это означает для российской экономики? На Ваш взгляд, российское правительство готово к такой ситуации?

- Как не парадоксально звучит но падение цен на нефть стратегически на руку российской экономике, которая в условиях санкций и кризиса готовится к переходу на мобилизационные рельсы, восстановлению практически утерянных производств, созданию новых. Санкции, как уже говорилось выше угрожают российско-европейским отношениям, но не вредят фундаментальному сотрудничеству с США. США взращивают противоречия между Россией и Европой, но косвенно способствуют росту военной и политической мощи РФ. Румынии есть о чем задуматься, чтобы вновь не оказаться между молотом и наковальней как в 1940-45 годах.

Беседу вела главный редактор Power&Politics World, Габриэла Ионицэ и редактор Татьяна Жукова.

US wants to reassure Eastern European ally of NATO support

Vice President Joe Biden visits Romania and Cyprus

Joe Biden has arrived in Bucharest on Tuesday at what one senior official called a “complicated and challenging time in Europe” fostered by Russia’s “destabilizing” actions in Ukraine. Joe Biden said they all “must remain resolute in imposing greater costs on Russia and imposing those costs together”. “Europe’s borders should never again be changed at the point of a gun, which is why we continue to condemn — condemn — Russia’s illegal occupation of Crimea” Mr. Biden said at an air base in the Romanian capital of Bucharest where he met American and Romanian forces involved in joint military exercises.

Joe Biden (center) speech in front of military of Air Base Otopeni. Romanian Minister of Defence, Mircea Dusha.

Joe Biden (center) speech in front of military of Air Base Otopeni. Romanian Minister of Defence, Mircea Dusha (right).

A lot of discussion focused lately on Article 5 of NATO treaty – the “all for one, and one for all” principle that provides for a collective response to an armed attack on any member. To be…or not to be sure to support of others ! The new Strategic Concept, adopted at the Alliance’s 2010 Lisbon summit, established collective defense as one of its three main tasks, underscoring the importance of developing contingency plans, organizing joint exercises and training, and creating “visible assurance” within member states.

Article 5 – the “all for one, and one for all” principle that provides for a collective response to an armed attack on any member
Read more at http://www.project-syndicate.org/commentary/bogdan-klich-calls-for-the-alliance-to-develop-a-practical-plan-to-defend-europe-s-eastern-flank#KjRcSxaLhVY4jdMG.99

Since Crimea was annexed, NATO has put AWACS surveillance planes in the skies over Poland and Romania, dispatched warships to the Baltic and Black seas and sent U.S. Army troops to Poland, Romania and the Baltic states. Romania, a staunch U.S. ally, joined NATO in 2004 and the U.S. has a base in the Romanian Black Sea port of Constanta. Biden will meet President Traian Basescu and Prime Minister Victor Ponta on Wednesday, when American vice-president will try to reassure Romania leaders that nobody should doubt Washington’s commitment to Article Five of the alliance’s charter, which states that an attack on one member is an attack on all.

The confrontation between Russia and the West will also be a key issue in Cyprus where Biden will arrive on Wednesday.

The Cypriot government has warned of the devastating impact that any new sanctions directly targeting the Russian economy could have on its own fortunes, given that its finance industry is a key conduit of Russian investment and savings.

The senior US official noted that Cyprus, as a European Union member, was party to the bloc’s decision making and actions in imposing sanctions on Russia over Ukraine. “We are aware and understanding of the exposure of Cyprus to Russian economic activity and Russia economy pressure” the official said.

In March, Biden visited Lithuania and Poland and traveled to Ukraine the following month. President Barack Obama also is expected to visit Poland in June for the 25th anniversary of the country’s first democratic elections.

According American expert Gordon Hahn, ”Putin would have paid a heavy political price domestically if he ignored the voice of Russians from Crimea”

Power&Politics World – Bucharest – Romania/www.powerpolitics.ro

Romanian-flag- Mr. Hahn, can we talk about winners and losers in the crisis in Ukraine, or the things are much more nuanced than they seem at first sight?

Dr. Gordon M. Hahn

Dr. Gordon M. Hahn

Gordon Hahn: – Everyone right now has lost something. The big loser so far is Ukraine. It has lost Crimea, is at risk of further destabilization and even Russian occupation of eastern Ukraine, has an unstable government, and its constitutional system lacks legitimacy at least until the May presidential elections. Russia has gained Crimea which will have some economic costs, and the sanctions will add to those. Right now a mitigating plus for Moscow is that historical justice has been restored, since Crimea was always part of Russia until the totalitarian internationalist communist regime which sought to destroy nationalities and nation-states in order to evolve the new ‘Soviet man’ and identity and establish a global communist regime. The US and the West have lost by making a regional and semi-global power, Russia, something close to an enemy and thereby damaging their own national security. They did this through their policies of expanding NATO without Russia and against its will and of coupling that threatening policy for Russia with efforts to support democratization and therefore, wittingly or unwittingly, anti-Russian opposition movements and de facto ‘color revolutions’ in states near or neighboring Russia. Moreover, the West’s sanctions and possible Russian counter-sanctions are going to put at risk the global economic recovery, which is weak to begin with. Perhaps, the only winners are countries like China and India, which come off as paragons of reason compared to their Russian, American, and European counterparts – all engaged in ‘19th century thinking,’ as they say.
- What do you think: was an error of Mr. Putin (and his stuff) or a long awaited rematch?
GH: – I think Putin overreacted to the long-standing series of slights Russia has experienced since the end of the Cold War. Georgia 2008 was the first sign that Moscow would no longer acquiesce in what it perceives as threats to its national security and ‘fait accomplis’ imposed on it by Washington and the West. Another color revolution with neo-fascist elements occurring during Putin’s big moment at Sochi and accomplished through a betrayal of the Western-sponsored February 21 agreement between Yanukovich and the opposition pushed him over the edge.
- There is a usual confrontation between Russia and US (look, they are speaking about a new Cold War), or is a shift of paradigm of international relation system?
GH: – There is no doubt that the geostrategic systemic aspect of the crisis features a West in some sort of decline, in particular that of a hegemon in a unipolar system – with regional and semi-global powers like Russia and China counterbalancing against the hegemon. So this could be the beginning of a shift to a more multipolar and less stable international system. The international law aspect is also important. When great powers see it in their interests to claim international law as the standard of international political conduct, they are operating under the rather false assumption that international law usually sticks and that it is a reflection of a democratic order. However, there is nothing like a democratic international political system in place. This should be evident from the inordinate power that the five permamnent members of the National Security Council enjoy. Hence, when there is disagreement between the council’s members the system is likely to breakdown and needs to be supplemented with timely international conferences and negotiations. This was not done with regard to Ukraine until it was very, very, indeed too late, because the crisis had been in the making with NATO’s nearly two decade march east to Russia’s borders.
- Sometimes it seems to me that in the media battle between East and West has lost something essential: the simple Ukrainians from Euromaidan, all those people unemployed political and ideological. Can you to distinguish them in this melting propaganda?
GH: – No, not very clearly, unfortunately. It is hard to make generalizations about something as grand as the ‘international media’. I can only speak to the media I watch. I have found the U.S. independent media to be nearly as one-sided and hysterical as Russia’s state media. Russian independent media – Ekho Moskvy and others – have done a superb job, and Aleksei Venediktov should win a Nobel or Pullitzer for what he has done there. Oddly enough, the radio station is funded by the Russian state-owned GazProm’s media holding company. If the Kremlin could make its state media as all-encompassing and objective as Ekho, there would be no complaints about media freedom in Russia.
- Already Crimea situation is quite clear. Although many assumptions are made, yet no one dares to answer the question: will stop Russia here or there is the next stage, at least for the Eastern region of Ukraine?
GH: – I expect that if there are no unforeseen circumstances, provocations, or US_Russia_UkraineWestern missteps, Russia will not invade Ukraine, east or west. I do not think the plan is to conquer Ukraine or Poland or Europe as much of the biased US media and analytical community claims. Nor do I assume that Putin’s original intent was to annex Crimea. Rather, he might have sought to ensure security there and retaliate against the West’s meddling only, but the local population’s immediate calls for reunification with Russia and perhaps other considerations informed by the unfolding of events led Putin to support the reunification movement and referendum. After all, once those demands emerged, Putin would have paid a heavy political price domestically if he ignored them, especially if violence developed in Crimea, or eastern Ukrainian neo-fascists infiltrated and began provocations, or Kiev sent troops, which would have led to war.
- As it stand the things at the moment, and calling to you expertize: the globalization helps or entangles when it comes to managed a crisis of this kind?
GH: – Need more time to think about this question.
- Jens Stoltenberg most likely appointment to the Secretary General of NATO changes something in Russia’s perception about NATO plans? See you a better mediation of differences of opinion between the two parties? Do you think it’s a wise choice – Norwegian instead of Polish – we remember that previously was mentioned the name of Radoslaw Sikorsky (artisan of discussions between Yanukovich – opposition)?
GH: – I think selecting a Pole and one who has clear anti-Russian sentiments would have added additional animosity to the Russian-West relationship. This explains the appearance of possible new choice.

                                interview made by Gabriela Ionita

Gordon M. Hahn is analyst and Advisory Board Member of Geostrategic Forecasting Corporation, Chicago, Illinois, Senior Researcher – Center for Terrorism and Intelligence Studies, Akribis Group, San Jose, California and Senior Researcher and Adjunct Professor, MonTREP, Monterey, Calif. Also Dr. Hahn is author of the well-received books ”Russia’s Islamic Threat” (Yale University Press, 2007) and ”Russia’s Revolution From Above, 1985-2000” (Transaction Publishers, 2002), the forthcoming The ‘Caucasus Emirate’ Mujahedin: Global Jihadism in Russia’s North Caucasus and Beyond (McFarland Publishers, 2014), various think tank reports, and numerous articles in academic journals and other English and Russian language media. He has taught at Boston, American, Stanford, San Jose State, and San Francisco State Universities and as a Fulbright Scholar at Saint Petersburg State University, Russia and has been a senior associate/visiting fellow at the Center for Strategic and International Studies and Kennan Institute in Washington DC and at the Hoover Institution.